Министерство экономического развития (МЭР) усиленно переписывает свой прежний макроэкономический прогноз на 2009–2012 годы. Действительность убедила чиновников, что прежние оптимистические показатели необходимо пересмотреть в сторону уменьшения. Недавний прогноз Международного валютного фонда сокращения ВВП России на 6 % в 2009 году признается реалистическим и российскими чиновниками. Прежде они упорно мечтали об экономическом росте, но теперь готовы согласиться на новое маленькое падение. В прежнем варианте своего прогноза они с неохотой признали в сокращение ВВП страны на 2,2% – теперь этой цифре предстоит возрасти, несмотря на то что падение ВВП, по официальным данным, в сравнении с весной 2008 года составило 9,5 %.

Относительно цен на нефть аналитики МЭР настроены по-другому. Расчетная цена барреля нефти на 2009 год будет увеличена, ее поднимут с 41 до 45 долларов. Улучшение ситуации на нефтяном рынке внушает оптимизм и государственным экспертам, знать ничего не желающим о причине и перспективах экономических явлений. В целом, прогноз МЭР станет продолжением прежнего позитива, но с поправкой на незапланированные хозяйственные проблемы. Новые проблемы в экономике тоже не будут прогнозироваться, чтобы не напугать публику. Главное, что у чиновников от этого лишь прибавится работы: прогнозы предстоит еще множество раз переделать, прежде чем они хоть немного совпадут с реальностью.

К государственным прогнозам не стоит относиться с доверием – это, кажется, понятно всем, кроме тех, кто их составляет. Но, с одной стороны, чиновники попросту не умеют писать прогнозы, иначе как наполняя их благими обещаниями. Разве это не было лучшим решением в период хозяйственного подъема? С другой стороны, специалисты государства не понимают реальные перспективы кризиса. Люди просто пытаются выдумать то, что им нравится и подходит начальству. Плоды фантазии выдаются за результаты аналитической работы. Единственное, что успокаивает МЭР, это текущая стабилизация: кризис замедлил развитие, а цены на нефть стали более приемлемыми для корпораций.

Продолжение на рабкор.ру

Для чего люди протестуют? Вопрос, казалось бы, абстрактный и риторический, но обретающий политическую конкретность в условиях сегодняшней России. В то время как либеральная оппозиция и часть левых радикалов с утомительным однообразием воспроизводят поставленные на конвейер однотипные и безрезультатные акции, то тут, то там мы видим примеры успешного общественного сопротивления власти, которые, однако, находятся в разительном контрасте с действиями «профессионалов» от уличной и всякой прочей политики.

Успеха достигают те, кто ставит перед собой конкретную достижимую цель, не пытаясь превратить ее в повод для пропаганды неких абстрактных идей или пиара какой-либо организации. Побеждают те, кто способны объяснить окружающим, чего они хотят, и убедить людей, что их требование может быть выполнено. Короче говоря, те, кто протестует, пытаясь не просто выразить свое недовольство властью или системой, а добиться перемен на практике.

Уголовное дело, возбужденное в мае против участников браконьерской охоты, состоявшейся на Алтае в январе нынешнего года - типичный пример того, как общественные протесты, четко сфокусированные, организованные и продуманные, могут привести к успеху. Авария вертолета, на котором высокопоставленные чиновники летали расстреливать занесенных в Красную книгу животных, произошла еще в январе - и предоставила прокуратуре достаточно доказательств браконьерства. На месте крушения убитые горные бараны лежали вперемежку с погибшими и ранеными бюрократами. Прокуратура старательно не замечала этих улик, разбираясь исключительно с фактом аварии.

Однако пикеты и митинги, общественные собрания и публикации в прессе, начавшиеся в Горном Алтае и поддержанные в Москве, дали результат. Дело не удалось замять, замолчать. Губернатор Республики Алтай Александр Бердников вынужден был отправить в отставку своего заместителя Анатолия Банных, которому повезло выжить после злополучной охоты. Сам Банных факт охоты не отрицал, а лишь настаивал, что сам не стрелял и ружья у него не было (зачем он без ружья вообще поехал на охоту, остается психологической загадкой, которую теперь, быть может, раскроет следствие). Прокуратура продолжала молчать, дело о браконьерстве открыто не было. Были зато агрессивные статьи против организаторов митингов и пикетов, которых пытались обвинить в проведении проплаченных акций или уличить в связях оппозиционными центрами (хорошо, что не с иностранными разведками). Протесты не затихали. Наконец, в мае Федеральная служба по надзору в сфере природопользования обратилась в прокуратуру с просьбой о возбуждении уголовного дела. На сей раз прокуратура, наконец, отреагировала. 4 мая 2009 года уголовное дело было возбуждено.

Продолжение